Участок нанесения гальванических покрытий: химия как она есть

Без гальванических покрытий машиностроительному предприятию никуда – наносят их на детали и заготовки, выполненные из так называемых «черных» металлов для защиты от коррозии. Без такой обработки углеродистые стали при контакте с кислородом покрываются ржавчиной. Часть гальванических покрытий, которые наносят на гальванической участке «Сплава», несут в себе защитные функции, часть — обеспечивают необходимое перед покраской грунтование (например, на общепромышленной арматуре).

«Гальваника – это чистая химия!» — говорит Аида Алексеевна Бойкова, начальник участка нанесения гальванических покрытий. Любовь к химии у нее со школы – «захватило», говорит, с первых же уроков. Впрочем, технический склад ума школьницы проявлялся и в других предметах – физике и математике. Но когда встал выбор профессии, сомнений не было – «химия любимая!». Получив высшее образование в Сыктывкарском университете по специальности «преподаватель, химик», Аида по распределению приехала в Новгород на наш завод в 1986 году. Отработав положенные по тем временам 3 года, поняла, что и к городу, и к предприятию привыкла, и решила остаться. Как инженер-химик, сначала работала в химической лаборатории, потом – на станции сточных вод, где в качестве технолога готовила к запуску строящуюся тогда станцию обессаливания сточных гальванических вод, но наступили лихие 90-ые, и станцию заморозили. На самой станции очистки сточных вод собственно химии было мало, и в 2001-ом Аида Алексеевна ушла на «гальванику» технологом.

— Это моя стихия! Если где-то я и могу реализовать свои знания и силы – то это гальваника. Чистая наука как она есть! Со стороны кажется, что в тут всё просто: окунули, вытащили – и готово! А ведь химия – наука очень строптивая, просто так её не поймешь! Там столько тонкостей и нюансов! Например, у нас все процессы задокументированы и четко прописаны – в каком растворе, сколько времени продукция должна находиться, как должен быть приготовлен раствор. На случай непредвиденных ситуаций тоже есть инструкции. Но, бывает, всё соответствует написанному, а покрытие не наносится! Почему? Не понятно — всё же по правилам! Но нам-то это видно, есть четкие признаки, что процесс идет не так, как надо: покрытие или шелушится, или не того цвета, или налет появляется. Вот тут и применяешь свои знания! Одно попробуешь, второе – и верное решение находится!В задачи начальника участка входит обеспечение и контроль бесперебойной работы участка и производственных линий – гальванических ванн; соблюдение правильности ведения процессов.

На участке гальваники «Сплава» осуществляют несколько видов покрытий — электрохимическое покрытие, покрытия химические и электрохимическое полирование нержавейки.

Электрохимическое покрытие — его нанесение производится под воздействием электрического тока – цинковое, кадмиевое покрытие и хромирование, твердое и «молочное». Есть покрытия химические – оксидирование, фосфатирование, пассивирование нержавеющей стали и химфосокс. Очень редко – и тоже под током — делается электрохимическое полирование нержавейки. Гальванический процесс позволяет не только нанести на металл прочный и надежный защитный слой — тем же хромом, как признается Аида Алексеевна, можно и «размер нарастить», то есть вернуть на детали металл туда, откуда его при механической обработке срезали.

Химическое образование есть не у всех работников участка гальваники. Как оказалось, в данном процессе гораздо важнее, чтобы человек, работающий на участке, понимал суть того, как наносится покрытие, чтобы чувствовал процесс, имел своеобразную интуицию. Свои тонкости и сложности есть на каждой линии. Например, на электрохимических качество процесса зависит, в том числе, и от того, насколько правильно работники закрепили обрабатываемые детали перед погрузкой в ванну с раствором. Навалом накидать не получится – при таком подходе внутри детали не покроются. Некоторые изделия приходится укладывать аккуратными рядами, другие – крепить особым способом на специальных держателях, чтобы раствор «ходил» беспрепятственно. А бывает, что все сделано в соответствии с технической документацией, регламентирующей процесс — а покрытие «не идет»! Нужно разбираться, включать в голове, как говорит начальник участка, «точку сообразительности» и думать, почему, какие причины, что надо изменить. Понимание этих тонкостей, конечно, приходит с опытом. Местным работникам его не занимать – все работают в цехе по несколько десятков лет и с большинством вопросов справятся самостоятельно, без помощи профессиональных химиков. А новому человеку придется все эти хитрости освоить на практике.

Бойкова Аида Алексеевна, начальник участка гальваники: «Крупногабаритные детали обычно обрабатываются в ванне по одной штуке. Наши специалисты за годы работы приобрели свои секреты, как можно сделать качественное покрытие одновременно на 4-х деталях! А придет новичок – он сразу не сообразит, как детали так уложить в корзине, чтобы покрытие легло ровно и везде!».

Гальваническое производство считается опасным, поскольку процессы нанесения металлических и химических покрытий на поверхности изделий связаны с парами и растворами щелочей и кислот (в том числе — соляной кислоты). Плюс электрическое напряжение, которое при хромировании может доходить до 1000 А. Любое неточное движение или случайность могут привести к ожогам и травмам. Поэтому сотрудники, занятые в организации и обслуживании производства, собранны, внимательны и в обязательном порядке работают в масках и перчатках.

Химические реакции на школьных лабораторных уроках у многих вызывали удивление и восторг. А тут – повседневная работа, ежедневное волшебство! Один  из таких зрелищных процессов – пассивирование нержавеющей стали. Под воздействием азотной и фтористоводородной кислот этим методом обрабатывают детали, поступающие в производство после термической обработки. В корзины загружают черную, с окалиной штамповку – а из ванн достают уже очищенный до серебряного цвета металл. Весь осадок из емкостей потом удаляется – на территории предприятия есть своя станция очистки сточных вод, куда поступают отработанные растворы, в том числе и из хромовых и кадмиевых ванн, относящихся к 1 классу опасности.

Горбоносов Александр Николаевич, гальваник:«Иногда жизнь затейливо складывается. Например, по специальности я профессиональный художник-оформитель, кем и работал вплоть до 90-х. А потом пришел на наш завод, и вот – уже лет 15 я тут. В том, что я гальваник, ничего удивительного нет – раньше краску наносил на поверхности, сейчас – металл. Мои коллеги — тоже не все профессиональные химики: кто медик, кто повар, кто воспитателем в детском саду работал. Самая обычная у нас работа. Но мы знали, зачем сюда идем. Через наш цех много людей прошло, а те, кто искренне прикипел и к заводу, и к цеху – задержались. Так до сих пор вместе и работаем. Главное – влиться в коллектив, потому что когда коллектив хороший, то и работа легче, и уходить никуда не хочется. А у нас коллектив отличный, все свои. И пока здоровье есть – будем работать! А что делать, на пенсию уходить и дома в окно смотреть? Пока работаешь – живешь! Утром встанешь – думаешь «жив, здоров, слава Богу, на работу!».

В процессе гальванического производства образуется много сточных вод, представляющих серьезную угрозу для окружающей среды – в отработанной воде содержится множество примесей тяжелых металлов, щелочи и прочих высокотоксичных соединений. Поэтому очистка стоков гальванического производства — едва ли не самая важная составная часть процесса. На станции очистки сточных вод «Сплава» работают 2 аппаратчика и техник.

Утро для них начинается не с кофе, как гласит народная мудрость, а с включения щита управления системами водоочистки. Множество лампочек – каждая сигнализирует о ходе какого-то отдельного процесса – поступлении хромсодержащих стоков, работе реакторов, где происходит процесс перевода 6-валентного хрома в 3-валентный (проще говоря – очистки), работе насосов и т.д. Основная задача работников – превратить мертвую воду в живую, вывести из нее примеси тяжелых металлов, которые при попадании в землю или воду убивают всё живое в радиусе нескольких метров.

Петрова Нина Алексеевна и Лукина Валентина Николаевна, аппаратчики: «Аварийная ситуация может случиться, когда, например, переполняется реактор, а оповещение не сработало, отказало, сломалось. Все наши системы надежны, но это техника, она может ломаться. Установлены, например, кислотостойкие насосы – порой даже их наши растворы могут разъесть, тот же бисульфит натрия. Поэтому мы, конечно, в обязательном порядке и сами ход всех процессов проверяем регулярно».

Участок гальваники на «Сплаве» небольшой, всего 9 человек, вместе с начальником участка, диспетчером и сотрудниками станции очистки. Ни одного лишнего человека из 4-х гальваников, работающих на 8 линиях, нет. Если один внезапно заболевает – его отсутствие очень ощущается. Функции и объем работ – солидный: той или иной обработке или обезжириванию подвергается большинство деталей и заготовок, производимых другими цехами. Бывают и авралы, когда одновременно и срочно приходят разные детали на один и тот же вид обработки. Но химия, как тут говорят, торопливости не терпит.

Вся деятельность в цехе организована так, чтобы работа велась спокойно, обстоятельно, без суеты. А всё потому, что ускорить химический процесс не получится даже при очень большом желании.

Чтобы сделать покрытие нужной толщины и качества, требуется определенное время. Например, нанесение цинкового слоя в 9 микрон займет 15 минут, а слоя в 18 микрон – уже 45 минут. Тут, как говорится, главное — следить за временем.

Женщины-гальваники работают на электрохимических покрытиях, мужчины – на химических, хотя профиль и умения специалистов позволяют работать на всех участках. Такое условное разделение существует из-за того, что на электрохимические покрытия поступают, в основном, детали мелкие, а на химические — габаритные и тяжелые. Взаимовыручка – пожалуй, главное у работников участка. Помочь друг другу, подключиться к тому, кто не успевает – можно сказать, дело чести. Тут принято так: справился с работой на своей линии — помоги на соседней.

Федулов Николай Сергеевич, гальваник: «Из наших я самый первый сюда пришел – 26 лет назад — и самый последний, наверное, уйду. Здесь профессии и учился — как работать на кадмии, на цинке, на хроме. Учителя были хорошие. На всех линиях работал, любимого или не любимого процесса у меня нет — ставьте на любую ванну, мне всё нравится. А вот если искать в нашей профессии творческое начало, то самое творчество – наверху, где наши коллеги-женщины работают. Там и хром и цинк, и кадмий, вся работа интересная. Так не просто руками — головой работать надо — и детали закрепить правильно, чтобы покрытие легло, и ток поставить, и время контролировать».

Черняева Евгения Павловна, гальваник:«На наших линиях работа больше кропотливая: деталей много, они мелкие, перед отправкой в ванну каждую надо закрепить, заизолировать те части, которые обработке не подвергаются, потом изоляцию снять. Но коллектив у нас сплоченный, дружный, всегда помогут. Мы все тут работаем по много лет. Ну и свои секреты в работе есть, конечно. Гальваника ведь за месяц всему не научить, очень много тонкостей, которые только на практике можно понять. Например, в цинке передержишь детали – не так страшно, можно стравить, а если в хроме – всё, резьбу разъест и можно сразу в брак детали отправлять.  

Объем продукции, поступающей в гальванику на обработку, весом и солиден. Размер партии порой доходит до тысячи штук и более. Пересчитать – вручную — вдруг чего не хватает, проверить каждую единицу, передать гальваникам задание на определенный вид покрытия, обеспечить документальное оформление процесса, включая все перемещения внутри участка – задача диспетчера. Работа не кабинетная – большую часть дня диспетчер проводит в цехе.

Ананьева Тамара Владимировна, диспетчер:«Люди в нашем цехе приятные, общительные. Помню, в мой первый рабочий день меня все спрашивали: «Ну как, запах чувствуешь?» А я не заметила никакого особого запаха, видимо, сразу моё показалось! Вникла в работу быстро. Пришлось, конечно, и новые программы изучить, и в видах покрытий разобраться, в деталях, чертежах. Очень много сопровождающей документации, маршрутных листов, и авралы, как везде, бывают, особенно под конец месяца. А что делать – план надо выполнять!».

Гальваническое производство — трудоемкое, дорогостоящее в содержании, а потому в последние годы редко какое предприятие может похвастаться собственным гальваническим цехом: оборудование сложное, еще более сложные требования к организации процессов и обслуживанию. На «Сплаве» дружный участок гальваники работает в полную силу и занимает свое особое место в производственном процессе. Одна из любимых историй в цехе – про часы. Висели когда-то на стене часы, обычные, механические, работали и горя не знали. Заменили их на современные, электронные. Месяца не прошло – электронные часы сломались, окислились. «А мы, как те механические часы, что раньше висели – работаем и работаем!». Справляется коллектив и с объемами работ, и с оборудованием. Все 9 сотрудников гальваники прочно скреплены пониманием, что от их работы, знаний и опыта зависит многое.